Катарина (katarinagorbi) wrote,
Катарина
katarinagorbi

Categories:

День мой, какими тропками ты меня уведёшь...??

    *****

Сегодня 1 февраля 2017 года...
А тропинки мои виртуальные увели меня к истории об очень интересном человеке...
Я не знала даже этой фамилии...Москвичи же должны были видеть на экранах своих телевизоров - как ведущую сразу нескольких телевизионных программ..
А для меня, впервые услышавшей это имя и этот рассказ о жизни этого человека, это - настроящее открытие..
Открытие имени человека, который мне интересен...



Огромное спасибо Ольге Богуславской, публикацию которой я прочитала...
Вот её рассказ, опубликованный в газете "Московский комсомолец" №26035 от 7 сентября 2012.

    *****

"Однажды в руках у меня неожиданно оказалась книга Галины Поскребышевой о домашних заготовках. Мои друзья так хвалили эту книгу, что я взяла и купила — можно сказать, от удивления. Рассказывали, как про Дюма, не меньше. Мне она тоже очень понравилась. Консервировать я не умею, но меня поразила художественная интонация автора. Я решила при случае с ней познакомиться. На следующий день я заглянула в книжный магазин «Москва». И услышала, что подходит к концу встреча с автором кулинарных бестселлеров Галиной Поскребышевой. Я подошла, представилась. Она посмотрела на меня и сказала: приезжайте завтра ко мне домой, а то я скоро улетаю в Америку. Неизвестно, по какой причине я отменила все дела, намеченные на завтра, и поехала к Галине Ивановне.
--
Приехала утром, а уехала поздно вечером. О чем говорили, не помню, помню только, что мы ели пельмени — неописуемые — и «шпроты», которые она на моих глазах приготовила из мойвы: молниеносно почистила гору крошечных рыбок, красиво уложила в форму, залила маслом и отправила в духовку.
--
С этого дня началась наша удивительная дружба, которая длилась 10 лет и закончилась с ее трагической смертью. А удивительной эта дружба была прежде всего потому, что я ни до, ни после не встречала людей, внутреннее пространство которых было так безгранично.
--
Ее отец был военным летчиком, семья кочевала за ним. После школы она поступила в московский медицинский институт, по окончании которого пошла работать в отделение скорой помощи знаменитого 4-го управления. В правительственной «скорой» она проработала до пенсии, то есть в ее трудовой книжке одна-единственная запись. Иногда она рассказывала о своих именитых пациентах и часто повторяла: я все наше правительство видела без штанов. И еще: не думай, счастливых среди них не было.
--
В 1978 году умерла жена ее родного брата: повредили пищевод во время гастроскопии. Без матери остались 6-летний Рома и 14-летний Андрей. Она оформила опеку, и с тех пор племянники жили в ее доме. Пока я об этом не узнала, я думала, что это ее дети. Роме она сумела продлить жизнь, потому что ему, еще очень молодому человеку, понадобилась трансплантация почки, а добиться этого было невозможно. Она добилась, но второй раз помочь ему не удалось. Однажды он вез меня домой — такой прозрачный, хрупкий человек — и сказал: «Галина Ивановна — заступница, вот так, если одним словом...»
* * *
Кулинарные книги она начала писать после того, как вышла на пенсию. Понятно, что она смолоду и всю жизнь до конца очень любила готовить. Но сказать так — это не сказать ничего. В кулинарии она была прежде всего врачом, то есть не уставала повторять, что еда должна быть здоровой и свежеприготовленной, и она лечила едой, то есть была диетологом экстракласса. Ни разу нам не удалось встретиться без того, чтобы к ней не приехал пациент или родители пациента, для которого она разрабатывала персональную диету и готовила лечебные отвары. То и дело звонил домофон, и она, не спрашивая кто, немедленно открывала. Я чуть не упала со стула, когда узнала, что все это она делает бесплатно.
--
Работая на «скорой помощи», она постоянно ходила на разные курсы: основы консервирования и виноделия при Тимирязевской академии, почвоведения — на биофаке МГУ и т.д. и т.п. Суточный график давал возможность учиться, и она училась. Она очень любила все живое — землю, растения, цветы — и очень рано поняла, какая в них есть целебная сила. Поэтому ей так хотелось соединить свои знания со своим виртуозным кулинарным искусством. Все началось с цукатов из лепестков роз, за которыми последовали цукаты из апельсиновых корок. Полезно и вкусно — не то что конфеты. Она укладывала их в коробочки и кормила домашних (муж, двое своих детей и двое племянников). Первый опыт превращения полезного в приятное прошел удачно.
--
Ее первая книжка, «Зеленый клад», вышла в 1991 году. Книжка была крошечная, но это было вроде победы на Олимпийских играх. Она подарила книгу дочери и написала, что сбылась мечта всей ее жизни и удалось издать книгу, которая поможет людям. Книгу заметили, и на автора стали охотиться издательства.
* * *

За 17 лет Галина Ивановна написала и издала более 30 кулинарных книг — то есть 2 книги в год. И если дамы, которые прославились своими ни на что не похожими детективами (это ругательство, просто в материале про Галину Ивановну я не могу никого ругать по-настоящему, ей бы это не понравилось) строчили и строчат их при помощи литературных рабов, то Поскребышева все делала сама. И делала блестяще. Причем у нее было правило, которого она ни разу не нарушила: рецепты в книгах никогда не повторялись. Каждая книга была новой и по содержанию, и по философии. Да, именно по философии. Ведь почему, собственно, она взялась за перо? Всю жизнь она изучала растения и историю пищевых продуктов. Соединив эти знания с многолетней медицинской практикой, она научилась выводить формулы полезных блюд. Нередко рецепты придумывались сами собой: посреди разговора она доставала из кармана блокнотик и что-то записывала, потом обсуждала новинку со специалистом — например, с директором Института лекарственных растений профессором Рабиновичем, которого очень любила — потом составляла энергетическую формулу; это было творчество в чистом виде. Она изучала кулинарные книги разных народов и часами могла рассказывать о каких-то диковинных продуктах и блюдах. Ей нравилось разбирать их и разгадывать сочетания продуктов и приправ.
--
Она постоянно разрабатывала меню для детских садов, школ и больниц. Невозможно было понять, как она все успевает. Член Московской ассоциации кулинаров, член Российского терапевтического общества и Союза журналистов России, обладатель серебряной медали ВДНХ за уникальные авторские рецепты домашнего консервирования, автор кулинарных книг, которые сметали с прилавков, она двадцать лет — целую жизнь! — вела в прямом эфире передачу «Домашний очаг», то есть была телезвездой. Вот бы она посмеялась, прочитав эти слова: «телезвезда» было ее любимым ругательством...
--
Однажды ко мне обратилась женщина, сын которой попал в тюрьму по обвинению в двойном убийстве и был приговорен к 20 годам лишения свободы. Я прочитала все дело и согласилась: убийство, похоже, совершил кто-то другой, сын не виноват. Удалось добиться второго слушания дела, и молодой человек вышел на свободу. Невозможно передать, каких усилий это стоило его матери. И незадолго до освобождения выяснилось, что у нее рак. На последние заседания суда она ездила после сеансов химиотерапии. Она отчаянно боролась за жизнь, но ей становилось все хуже. И я отвезла ее к Галине Ивановне, которая приняла историю этой женщины как личную беду. Не знаю, почему так запомнился этот день. Наверное, потому, что было очень страшно. Они ушли в комнату и пробыли там около получаса. До этого я никогда не видела Галину Ивановну со стетоскопом. Когда они вышли, она дала ей настойку, подробно расписала схему питания и все время гладила ее по руке. Женщина улыбалась и даже захотела поехать в кафе. Вечером Галина Ивановна сказала мне по телефону: «Оля, время упущено, помочь невозможно. Наверное, это было ее последнее кафе, месяца через три она умрет».
--
И через три месяца она умерла. Меня поразила точность предсказания. У Галины Ивановна была феноменальная интуиция, усовершенствованная, как драгоценный музыкальный инструмент, постоянно пополнявшимися знаниями. Ко мне часто обращались за помощью люди, которым отказали в лечении. Я советовала им обратиться к Поскребышевой, и годы спустя я получала потрясающие письма: люди рассказывали о жизни, которая продолжается вопреки приговору врачей. А еще приходили письма от родителей тех, кто умер, — с благодарностью за то, как Галина Ивановна до последнего дня помогала им бороться за жизнь.
--
Осталось загадкой, почему она никогда никому не отказывала в помощи. У нее было такое присловье: а вдруг надо... Причем распространялось это не только на больных, настоящих и мнимых, но и на паразитов, которые постоянно являлись откуда ни возьмись с какими-нибудь завиральными проектами. Несколько лет ей морочили голову два дяденьки, которым во времена перестройки удалось урвать за копейки великолепный подмосковный санаторий. У Галины Ивановны была сокровенная мечта: наладить производство качественных полуфабрикатов, из которых любая хозяйка сможет быстро приготовить добрый обед. Она придумала обогащать овощные и фруктовые заготовки не водой, а натуральными соками огурцов, кабачков и тыквы. Дяденьки таскались к ней как на работу. Она отдала им множество своих наработок, рецептов, и вскоре они исчезли. Все, кто знал об этом, ругали ее на чем свет стоит, а она отвечала: пускай, а вдруг кому-нибудь пригодится. У нее постоянно воровали рецепты — я то и дело обнаруживала их в новых кулинарных книгах неизвестных авторов. Я уговаривала ее подать в суд на воришек. Она неизменно отвечала: не жалко, придумаю новые.

* * *
Однажды она купила в букинистическом магазине книгу Р.Шредера 1889 года «Русский огород». Выяснилось, что в конце ХIХ века в России было более 40 сортов гороха, 25 сортов кочанного салата, капусты и т.д. В ее глазах хороший кочан капусты не уступал сортовой розе. Она без устали советовалась со специалистами, как возобновить это сказочное многообразие. О старинных рецептах постных блюд Галина Ивановна рассказывала так, как читают стихи.
--
Из ее рассказов о подмосковной даче следовало, что у нее угодья, уходящие за горизонт, тем более что она выращивала там неописуемое множество овощей, трав и любимых роз. Уже после ее смерти я узнала, что это были 6 соток.
--
Ее дочь много лет жила в Америке, и она постоянно ездила туда помочь присмотреть за двумя внуками. В Вермонте она, само собой разумеется, завела огород. Соседи дивились на эту диковину — ведь у них все можно купить в магазинах. Куда там! Туда и обратно она привозила семена и отростки уникальных растений. Я была свидетелем того, как она везла в Америку усы какой-то экзотической земляники, укутав ее в три влажных носовых платка и постоянно проверяя ее самочувствие. В Вермонте у нее росли айва, черешня, ежевика и неведомая американцам брусника. И были три грядки редчайших лекарственных растений. А еще фиолетовая морковь и фиолетовый картофель. И в Вермонте она умудрилась найти русских эмигрантов, которым требовалась помощь.
--
Многие ей завидовали: еще бы, титулованный кулинар. На книжных ярмарках к ней выстраивались очереди за автографом, не было отбоя от телевидения и издателей. Думали, что она богатая и везучая. А она пережила много горя: первый ребенок родился тяжело больным. Отец ребенка тут же ее бросил. Сережа умер семи месяцев от роду. Сама она перенесла страшную болезнь и стала инвалидом — просто никто об этом не знал, потому что она никогда не жаловалась.
--
Она была равнодушна к богатству. Материальные ценности для нее ничего не значили. Она не носила никаких украшений. После ее смерти дочь нашла на заветной полке одну книгу и письмо с последними просьбами — кому надо помочь, когда ее не будет на свете. А еще молитвослов, в котором был огромный список тех, за кого она молилась.
Галина Ивановна Поскребышева считала, что истинная вера в бога состоит в милости. Бог, в которого она верила, был терпелив и добр.
--
У Галины Ивановны был уникальный, больше никогда мне не встретившийся дар сострадания. Причем она тут же начинала помогать, очень часто совершенно посторонним людям. И все свои гонорары с удовольствием тратила на этих людей, нередко зная их только по имени.
Однажды она ехала в такси и обратила внимание на нездоровый вид водителя. Она сказала ему, что у него диабет и проблемы с почками, тут же пригласила его к себе, нагрузила пузырьками со своими настойками, расписала лечение и дала денег на лекарства. Некоторое время он возил ее, а потом пообещал приехать и исчез. Как выяснилось, запил.
Я спросила: вам не обидно? Она ответила: ну и что ж теперь, никому не помогать? Потом то же самое сказала мне Лиза: да, время от времени ее обманывают, ну и что? Ведь это быстро забывается.
--
Однажды Галина Ивановна на съемке очередной телевизионной передачи потеряла сознание. Ее привезли в больницу, сделали операцию – если не ошибаюсь, это был инсульт. Лиза сказала, что ее во что бы то ни стало нужно перевести в институт Бурденко. Я полетела туда, договорилась и Галину Ивановну перевезли. В последний раз я разговаривала с ней в палате, она гладила мою руку, смеялась над тем, что у меня красный нос, и говорила, что все будет в порядке.
А на следующий день дочь еёЛиза позвонила мне и сказала, что Галина Ивановна в коме.
Галина Ивановна пролежала в коме полтора года.
--
Когда я видела Галину Ивановну с закрытыми глазами, такую спокойную, тихую, мне всегда казалось, что сейчас она, наконец, проснется и снова куда-то полетит. Как она любила говорить: чего зря лежать-то? Она была феноменально трудоспособна, и этот дар Лиза получила от нее в полной мере. Сидя у Лизы на кухне, я только успевала поворачиваться: проносясь мимо, она успевала ответить на письмо, полученное по электронной почте, быстро объяснить что-то по телефону, через минуту договориться о встрече и так – круглые сутки.
--
Галина Ивановна постоянно благодарила судьбу: за то, что всю жизнь занималась любимым делом, за то, что выйдя на пенсию, стала работать в десять раз больше и к ней постоянно шли, ехали и звонили люди. И Лиза тоже часто повторяла, что благодарна судьбе за все.
А судьба оказалась предательницей.
Галина Ивановна умерла утром 1 апреля 2008 года."
--
А дочь её - Лиза Глинка , доктор Лиза, погибла в той предновогодней авиакатастрофе Ту-154 под Сочи...
Доктор Лиза снова летела на помощь к другим... но не долетела...

    *****
Я не знала до сегодняшнего дня ничего об этом человеке - Галине Ивановне Поскрёбышевой.
Но я слышала много про её дочь - Доктора Лизу...
Теперь я понимаю - почему так поступала её дочь, спеша на помощь к другим...


Tags: личность, память, этот человек мне интересен
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments